Центр исследовании и реставрации

Автор:

Полицейские расследования и научный анализ, изучение химического состава косметики Древнего Египта и реставрация египетской коллекции музея Тессе… Несколько сотен человек изо дня в день занимаются исследованием произведений искусства и археологических объектов.

Эта лаборатория, которая, к слову, является одной из крупнейших в музейном мире, расположена неподалеку от Лувра, под садом Каррузель. Она представляет собой междисциплинарное учреждение при Центре исследований и реставрации музеев Франции. Половина сотрудников лаборатории — ученые, инженеры и техники, а вторая половина — хранители музея, работники архива, историки и чиновники. Разные подразделения лаборатории изучают различные исторические материалы. Лаборатория занимает три подземных уровня на глубине двенадцать метров, общая площадь которых равна 5000 квадратных метров.

Небольшая ее часть отведена для физических методов исследования, из них основными остаются фотография и рентгенография. Оставшаяся территория отведена аналитическим группам, цель которых состоит в том, чтобы определить материалы произведения искусства или археологического объекта. Такое углубленное исследование разных аспектов, к примеру, структуры или химического состава основных материалов, предваряет любые изыскания в области истории искусства или археологии, а также любые реставрационные работы, организующиеся Лувром.

Кроме того, лаборатория включает в себя большой документальный центр, открытый не только для исследователей, но и для всех желающих при условии подачи заявления. И наконец, лаборатория организует учебные мероприятия и осуществляет научное руководство докторантами, историками и студентами, проходящими стажировки.

НАСТОЯЩАЯ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ КАМПАНИЯ

Помимо своего участия в реконструкции египетских гробниц в натуральную величину, проведенной в музее Тессе в Ле-Мане, лаборатория Центра исследований и реставрации музеев Франции занималась реставрацией и реорганизацией египетской коллекции. Прежде чем приступить непосредственно к реставрационным работам, сотрудникам необходимо было узнать как можно больше о некоторых материалах, идентифицировать их и датировать. Для этого была развернута настоящая исследовательская кампания: исследование пигментов и связующих веществ росписей, определение пород дерева, характеристика известняка стел, локализация современных материалов…

Таким образом, была исследована одна великолепная статуэтка Птаха-Сокара-Осириса, сложного погребального божества, связанного с возрождением умершего. Выяснилось, что она изготовлена из двух разных пород дерева: головной убор вырезан из сикомора (тутового дерева), а туловище и основание статуэтки — из тамариска. Оба дерева широко распространены в Египте и, кроме того, связывались с загробным миром и погребальными обрядами.

Под рентгеновскими лучами

История этой лаборатории началась во время войны 1914-1918 годов благодаря врачу-санитару Леду-Лебарту. Взяв в помощники двух своих санитаров (один был художником, а второй торговал произведениями искусства), он начал проводить серию опытов, делая рентгеновские снимки экспонатов музеев везде, где бывал. Два года спустя другой опыт, на сей раз проведенный доктором Шеро-ном в Лувре над картиной «Молящийся ребенок» Муленского мастера, показал значение рентгеновских лучей для исследований и реставрации произведений искусства. В январе 1921 года в Академии наук был представлен доклад на эту тему. В 1927 году директор государственных музеев обратился за помощью к исследовательской лаборатории Консерватории искусств и ремесел, надеясь изыскать научные способы определения подлинности картин.

После консультации с комиссией хранителей и экспертов эта лаборатория провела исследование при помощи рентгеновских лучей, а также поляризованного света, ультрафиолетовых лучей и светофильтров. Для этой цели в подвальных помещениях крыла Флоры были оборудованы два зала. От результатов зависело, станет ли временная лаборатория постоянной…

Двукратное рождение

Все окончательно решилось в декабре 1932 года, когда особым постановлением была создана лаборатория музея Лувра. Она получила название Институт Менини в честь своего мецената. Задачей ее было научное исследование картин и произведений искусства, являющихся частью государственных коллекций. При лаборатории оборудовали фотомастерскую. За организационные вопросы и работу сотрудников отвечал хранитель картин, рисунков и калькографии (техника гравировки по меди) Лувра. Но Вторая мировая война положила конец этому предприятию…

Все фотоматериалы и рентгеновские снимки, а также досье на произведения были опечатаны. Однако в 1946 году парижский Национальный институт оптики и Лаборатория физики излучения поспособствовали возобновлению деятельности лаборатории. Тогда, в надежде привлечь интерес властей к финансированию лаборатории, ее сотрудники обратились к иной стратегии: они начали организовывать выставки, демонстрирующие роль научных технологий в понимании и хранении произведения искусства. Эти выставки имели огромный успех. В 1950 году, после создания поста главы лабораторной службы, ей были выделены средства из бюджета государственных музеев.

Лаборатория постепенно расширяла свою сферу деятельности, оборудуя помещения для анализа металлов, керамики, древесины и камня. Кроме того, она предложила свои услуги всем отделам Лувра и стала осуществлять для них количественный и качественный анализ. С этого момента количество исследований не перестает расти. Наконец, в январе 1996 года лаборатория была прикреплена к CNRS (Национальному центру научных исследований) под названием Подразделение смешанных исследований 171.

Когда искусство встречается с химией

Сегодня в лаборатории используются все более и более совершенные приборы. Поскольку один метод не может дать исчерпывающую информацию, исследователи обычно прибегают к нескольким методам изучения и анализа в зависимости от вида произведения, от природы материалов и от контекста исследования.

Из-за необходимости сохранить целостность произведения, разумеется, предпочтение отдается не деструктивным методам, а тем, для которых не требуется брать образцы (разве что микроскопические). В первую очередь используются методы, позволяющие исследовать объект на месте, никуда его не перемещая. Так, в 70-х годах XX века в распоряжении центра находилась передвижная лаборатория Labobus, которая могла работать прямо на раскопках.

Сегодня здесь есть целый арсенал мобильных инструментов, предпочтительно переносных и наименее громоздких. Среди всей этой передвижной техники чаще всего применяются приборы, использующие рентгеновское излучение (радиография и рентгеновская флуоресценция) и фотометрический анализ (колориметрия). Однако, несмотря на столь впечатляющие возможности, иногда Центру исследований и реставрации музеев Франции приходится прибегать к дополнительным анализам при помощи оборудования, которое одалживают ему сторонние учреждения в обмен на другие услуги или в рамках сотрудничества.

Когда исследователи проводят расследование

Первый этап любого систематического исследования произведений заключается в полном морфологическом описании. Для этого чаще всего используются такие средства, как фотосъемка при разном освещении (под прямым и боковым светом, в ультрафиолете, в инфракрасном диапазоне), а также рентгенография. Рентгенография позволяет исследовать произведение изнутри, чтобы определить, в каком состоянии оно находится. Кроме того, она выявляет наличие металлического каркаса в статуе, а также сомнения художника или изменения в композиции.

Цель следующего этапа — определить, из каких материалов состоит произведение. Для неорганических материалов лаборатория располагает широким спектром методов элементарного анализа, которые либо применяются ко всему произведению, либо требуют взятия небольшого образца. Но самое впечатляющее и самое большое устройство в этой области -ускоритель частиц AGLAE (Accelerateur Grand Louvre d’analyse elementaire — ускоритель «Большой Лувр» для элементарного анализа).

На сегодняшний день это единственное оборудование подобного рода, использующееся исключительно для исследований культурного наследия. Так, исследование знаменитого «Писаря, сидящего на корточках», датирующегося 2000 г. до н. э., позволило нам понять, как египетский мастер добился такой выразительности его взгляда. Хотя этот эффект отчасти можно объяснить использованием чистейшего горного хрусталя, работники лаборатории также обнаружили, что знание анатомии глаза в Древнем Египте было таково, что мастер тщательно воспроизвел изгиб роговицы и проколол зрачок в точности там, где нужно.

Химия египтян и радиография

Тем не менее, во многих случаях элементарного анализа бывает недостаточно для определения материалов с абсолютной надежностью. Тогда он дополняется структурным анализом, как, например, в случае с исследованием химического состава косметики Древнего Египта. Сначала были взяты образцы, необходимые для химических анализов. Исследователи извлекли мельчайшие частицы косметических средств из каменных, керамических, деревянных и сплетенных из камыша сосудов, датирующихся периодом с 2000 по 1200 гг. до н. э. и найденных на разных раскопках Египта. Их поместили под растровый электронный микроскоп, чтобы изучить морфологию и химический состав частиц пудры. Его впечатляющая увеличительная способность (до 100 000 раз) позволяет наблюдать сложные соединения свинца.

mew8oqcjwker

Затем, чтобы узнать еще больше, исследователи перешли к этапу структурного анализа, который был осуществлен при помощи рентгеновской радиографии. В результате они опознали четыре минерала, причем совершили крайне неожиданную находку, в корне изменившую наши представления о знаниях древних египтян в области химии. Хотя раньше считалось, что химия как наука родилась только в XIX веке, сегодня мы знаем, что египтяне при изготовлении косметики прибегали к химии растворов, и реакция между веществами протекала сорок дней.

Цвет и углерод-14

И наконец, еще один анализ: анализ цвета. Цвет — одна из важнейших составляющих произведения искусства. Его определение, равно как и понимание физических процессов образования окрашивающего вещества, обогащает наши знания о техниках, которые использовали художники, и отвечает на вопросы о сохранении и реставрации.

Возраст произведения — важнейший критерий для подтверждения его подлинности и принадлежности определенной исторической эпохе. Именно в этом заключается задача датировки. Косвенная датировка может быть дана в результате сравнения химического состава с составом уже известных изделий. Однако чаще всего исследователи прибегают к методу точной датировки с использованием радиоактивных изотопов, таким как известный способ определения возраста образца по концентрации углерода-14.

Так, давая заключения, проводя тематические исследования и разыскивая или адаптируя новые методы анализа, лаборатория Центра исследований и реставрации музеев Франции сумела поставить науку на службу истории искусств и истории в целом.

РЕСТАВРАЦИОННЫЕ РАБОТЫ

Каждый год лаборатория Центра исследований и реставрации музеев Франции проводит многочисленные реставрационные работы — в музее Баргуэна в Клермон-Ферране, в музее Иерон в Паре-ле-Моньяль, в муниципальном музее Сен-Жермен-ан-Ле… После обязательной исследовательской работы, описанной в статье, реставрация может принимать самые разные формы. Иногда работы бывают долгими и трудными, как, например, в случае с великолепной маской из картонажа, принадлежащей мумии из Епископского музея Лиможа. Иногда они более рутинны, как в случае с коллекцией музея Тессе, когда основная часть работы реставраторов заключалась в очистке росписей от пыли, удалении современных материалов и замене их древними материалами, а также в склеивании расколовшихся изделий.




Родился 21 апреля 1984 года, в городе Одесса. Рос в семье потомственных артистов драмы и театра. Часто бывал…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

20 + девятнадцать =

Наверх